Хронология событий, происходивших на планете Сущая

Материал из Ойкумена
Перейти к навигации Перейти к поиску

Приход железных людей в долину реки Миатхасс

Карта всех континентов

За 2100 лет до прихода в долину реки Миатхасс ладаров, здесь жили «Бронзовые люди», или же иначе «Цивилизация айпоросской культуры», которая была так названа по археологическим находкам в долине реки Айпоросс. Бронзовые люди были оседлой земледельческой цивилизацией, и судя по раскопкам их святилищ, они поклонялись целому пантеону богов, где главное место занимал бог плодородия Углокорот. В манданских мифах сохранились упоминания о том что бронзовые люди приносили в жертву молодых парней и молодых девушек в честь «дьявольского бога дождя и земли». Язык бронзовых людей ныне забыт, но считается что названия реки Миатхасс происходит от бронзолюдского слова «Мать», а название Айпоросс переводится как "Северная», что может говорить о том что севернее реки Айпоросс бронзовые люди сперва не жили, а прибыли туда лишь с началом вторжения железных людей. В пользу этой теории говорит то, что на северном берегу Айпоросса не было не найдено ни одного артефакта ранней айпоросской культуры, а лишь артефакты поздней. Так, знаменитый «Топор из Кхонега», расписанный рунами бронзовых людей, относится именно к артефактам поздней, так как был сделан из железа, которое когда-то бронзовые люди переняли у людей железных.

Железные люди же жили на Восточно-Чошонской низменности и на востоке Средне-Чошонской возвышенности. Их жизнь зависела от разливов реки Логдло, которая текла с Белых гор. Это была развитая земледельческая и оседлая цивилизация. Ей была известна выплавка железа, месторождения которого находились на территории Средне-Чошонской возвышенности. В битвах железные люди использовали лошадей. О религии железных людей можно лишь судить по манданцам — этот горный народ, живущий в междуречье Нехвердэльфы и Миатхасса является прямыми потомками железных людей. И хотя манданцы уже много лет исповедуют веру в Святое Солнце, среди них еще несколько веков назад жили язычники. Главную роль в религии железных людей играли бог-кузнец, бог-животновод и богиня-хранительница очага. Им подчинялись духи, которые играли очень важное место в мифологии железняков, так до начала освещения манданских деревень, путешественники отмечали что каждый вечер хозяйка дома должна была отдавать духам в качестве дани кусок хлеба и крынку козьего молока, при чем отмечалось что даже в самые голодные годы традиция исполнялась беспрекословно. Считается что знаменитая традиция муарров и ковдигов перед обедом выбрасывать первый кусок за порог дома является перенятой у населявших когда-то Горолинию железняков. Знаменитый дунский летописец-монах Атодор отмечал что даже находясь под угрозой смертной казни за поклонение своим старым богам, железные люди все равно пытались соблюдать традиции, за что дуны истребляли целые деревни.

Где-то примерно в 2100-м году до прихода ладаров в долину реки Миатхасс на Западно-Чошонской равнине случилась небывалая засуха. Населявшие её племена начали массово мигрировать в Восточный Чошон, к реке Логдло, на которой в то время жили железные люди. Новые племена постепенно вытесняли железняков на север — в Железные Холмы, которые тогда еще таковыми не были. К 2050-му году до прихода Ладаров железные люди уже прочно обосновались на Железных Холмах, вытеснив оттуда бронзовых людей. Железные холмы оказались богаты железной рудой, что способствовало быстрому развитию более дешёвого чем у бронзовых людей, которые к тому же были зависимы от торговых поставок олова из южного государства Курум, вооружения железняков. Если раньше железные могли выставить одинаковое с бронзовыми количество воинов, то теперь они превосходили их по количеству армии в два, а то и в три раза. Благоприятный климат железных холмов также влиял и на численность народа — уже совсем скоро новое поколение железняков отправилось на север ради добычи и нового места для житья. Двигаясь по течению реки Коброн, они насаждали свои порядки обитающим здесь бронзовым людям. Постепенно происходила ассимиляция автохтонного населения, благодаря чему уже к 1700-му году до прихода ладаров бронзовые люди оказались вытеснены с южного берега Миатхасса на север. Именно к периоду освоения долины Миатхасса относится появление такого героя в мифологии железняков как молодого юноши, ведомого богиней-хранительницы очага, которые стремится найти новый дом для своего народа.

Река Изотосс - граница расселения бронзовых людей

Бронзовые люди еще просуществуют до прихода дунов, после чего окончательно вымрут, оставив в наследие топонимы и частички своего наследия. В поисках нового дома бронзовые люди доберутся до реки Изотосс. При строительстве нефтеперерабатывающего завода здесь будет найдена рог лося с изображенными на нем рунами бронзовых людей. Учёные-лингвисты до сих пор бьются над разгадкой рун бронзовых людей, но традиционно считается что рунная письменность у них возникла уже после вытеснения на северный берег Миатхасса — всего найдено три предмета с изображенными на них рунами бронзовых людей, это огниво, которое хранилось у королей Ковдига и доставшееся им когда-то в качестве дани от железняков, это уже упомянутый «Топор из Кхонега» и расписанный рог лося.

Железные же люди продолжили царствовать в долине реки Миатхасс, где впервые создали свою государственность — то были «Экры», объединения нескольких родов, где старейшие члены родов выбирали предводителя.

Царствование железных людей

Постепенно вытесняя бронзовых людей на северный берег Айпросса, железные люди сами продолжали колонизацию новых земель. Белые горы были тогда населены горными племенами, о которых до наших времен ничего не дошло, кроме нескольких слов, таких как «Карисс» — Баран, «Рацесс» — Стрела и «Ватасс» — горная и бурная река. Считается,что горные племена были родственны бронзовым людям, но они не имели письменности и умением выплавлять бронзу, а пользовались в основном деревянными и костяными луками и стрелами. Железные люди легко побеждали горные племена, постепенно ассимилируя их. На западе же железняки начали осваивать Горолинские острова, на которых не существовало автохтонного населения. Именно на Горолинских островах экры достигли своего расцвета - хотя некоторые исследователи полагают что первые экры появились на северном побережье залива Глотки, откуда железняки ходили в набеги на Курумское царство, расположенное на противоположном берегу. Кроме того, на Горолины переселялись смешанные семьи бронзовых и железных людей, так до сих пор у муарров, кодвигов и куносцев есть большая доля крови бронзовых людей.

Кроме того, в этот период отмечались конные набеги железных людей на Восточный Чошон, а то и на противоположный берег Золотого озера. Во время археологической экспедиции сэра Авальда Чёрного в разрушенный город Дапуч, расположенный на восточном берегу Золотого озера, было обнаружено традиционное оружие железных. Теперь основной теорией разрушения Дапуча является набег железных людей.

В эти годы меняется основная тема мифологии железных людей - в сторону уходят героические мифы о юноше, которого ведет богиня очага, теперь основное место занимают мифы о духах-домовых, которые оберегают новый дом от напастей, и которым нужно платить дань за защиту. Археологи продолжают раскапывать храмы железняков, и исследователи уверенно говорят что большинство храмов было выстроено именно в этот период. Обычно храм железняков представлял из себя самое большое здание в деревне, где жило двое священнослужителей, учитель, которого избирали всей экрой и ученик, которого брал к себе учитель в качестве помощника. Каждый житель деревни клал на деревянный или каменный алтарь дары духам и богам, при чем дары могли быть самые разнообразные — так некоторые богатые манданцы еще несколько веков назад не видели ничего зазорного в том чтобы подарить богам свою дочь. Кроме того, в экрах расположенных на побережье залива Глотка был распространён ритуальный каннибализм, о чем свидетельствуют и дунские источники, и многочисленные найденные кладбища. Большинство костей - детские. Некоторые исследователи интерпретируют этот факт как то, что главы экр в целях продления жизни могли есть собственных детей, или же детей подчинённых, но знаменитый муаррский железновед Патер Он-Шол"До выдвинул теорию что в пищу употреблялись исключительно дети привезенные из морских набегов.

На таких кораблях пиратствовали железняки

Последний век царствования железных людей пришелся на начало похолодания. Изменение климата привело к опустеванию северного берега реки Айпоросс, которая до этого давала возможность вырастить хлеб тысячам людей, а также привело к прекращению морских набегов железных людей на берега Глотки. В этот период начинается расцвет южных берегов залива, где формируется мягкий субтропический климат. Курумское царство вступает в противостояние с железняками, и оно оканчивается не в пользу последних — курумские записи говорят о том что в начале 1598-го года до прихода ладаров около мыса Шут-Куцум произошло морское сражение, где курумский владыка мастерски разгромил врагов железняков. А в золотом писании города Ланур, расположенного вблизи мыса Шут-Куцум, говорится о том что железняки имея численное превосходство над флотом Курумцев, начали свару, из-за чего и потерпели поражение. Расцвет Курумского царства привел к расцвету также и курумских пиратов, которые начали набеги на прибрежные экры.

В тоже время северные экры железных людей начали миграцию на юг, к Железным Холмам и реке Коброн. Начавшиеся междоусобицами между экрами привели к появлению знаменитых погребальных урн — по погребальной традиции железняков умерших членов рода было принято сжигать, чтобы он отправился к духам рода в загробный мир. Когда начались междоусобицы, обычных членов экры хоронили в ямах, а вот отличившихся героев и стариков было принято хоронить в специальных урнах. Обычно такие захоронения делались на холмах, которые находились рядом с большими реками - больше всего захоронений найдено рядом с Миатхассом. Однако в этот период окончательна было завершено освоение Горолин, и именно там появилось первые серьезные королевства железняков — в дунских договорах о взымании с них дани они упоминаются как «Железные королевства». Система действовавшая в железных королевствах можно было описать как племенную монархию — несколько мелких экр добровольно подчинились большой взамен на защиту и пропитание.

Приход дунов

К изменению климата прибавилась еще одна напасть — дуны. Дуны жили на лежащем за Белыми горами Ойэрийском плато, которое до изменения климата вполне себе позволяло на себе жить. Но после похолодания сельское хозяйство стало там невозможно, из-за чего дуны решили двинуть на запад - за Белые Горы.

О жизни дунов до прихода в долину Матхиаса известно мало. У них не было письменности, пользовались они в основном железным оружием, лошадей у них было мало. Судя по тем захоронениям, что были найдены на Ойэрийском плато, дуны вместе с умершим хоронили также и остатки некоего костра. Некоторые исследователи предполагают что тем самым древние дуны пытались обеспечить погибшему проход в царство До́тина — бога огня, но впоследствии после перехода дунов через Белые горы эта традиция была утрачена. Впрочем, от периода проживания дунов на Ойэрийском плато остались многочисленные песни, которые были затем сведены в один общий сборник - Лебдо́тинох, что в переводе с Горолинского языка означает «Книга Дотина». Лебдотинох является величайшим памятником еще не распавшейся и не исчезнувшей дунской культуры, где несмотря на несомненное влияние проживания в долине Миатхасса имеются еще и следы проживания в других регионах. Так например восьмая Амхандо́та (дословно — Огненной песне), где главным героем является Тродордотино́х (дословно — Герой Дотина) повествует о том как Тродордотинох из-за ссоры со своей тетёй, которая похитила у Дотина его волшебный посох, который может в любом месте создавать огонь, отправляется за помощью к Фёру — богу льда, холода и смерти. Обитель Фёра находится на «Radøroah Oecheroholoelo», что в переводе означает «Вечные Ночные Острова». Под обителью Фёра современные учёные понимают архипелаг Нарвальих островов, которые могли быть известны дунам из-за контактов с северными кочевыми народами. Так в современных дунских языках существует несколько слов, которые очень похожи на слова народов ихшотской группы. Например слово «Медведь» на куносском языке звучит как «Jïrohar», на муаррском — «Jïrohorr», на ковдигском — «Jïerohïer». В вымершем фейрском языке континентально-миндольской дунской группы, который был детально описан куносским лингвистом Кером Дон-Йелой несколько веков назад, слово медведь звучало как «Jorohïr». В тоже время на языке жадыров, народа из жадырско-айрыжской подгруппы, которые живут на побережье Тёмного залива, слово медведь звучит как «Ӂоркыр». Таким образом считается что возможно это слово былло заимствовано, хотя некоторые учёные до сих пор придерживаются теории что ишхотская и дунская группы являются родственными, основываясь также на еще нескольких словах, в основном связанных с фауной и флорой.

Религия дунов была дуалистической, и в ней почти что и не было пантеонов богов. Горолинский, островной вариант дунского язычества, который оказался в самом центре плавильного котла горолинских островов, впоследствии заимствовал из религии железняков уважение к духам дома, но которые все еще подчинялись богу огня, жизни и тепла Дотину. Континентальный вариант дунского язычества оставался консервативным вплоть до прихода транов, а затем ладаров — здесь все также верили в Фёра и Дотина. Как было уже сказано, Дотин — бог добра, огня, жизни, тепла, земледелия. Его антиподом является Фёр - бог зла, льда, холода, смерти и войны. Несмотря на то что довольно важное место в жизни дунов занимала война, а Фёра традиционно считали плохим богом, все равно выходило так что сражаясь, человек отдает тем самым свою душу Фёру. Дуны наносили на свои лица краску, чтобы Фёр им помог в битве. Но в тоже время на примере восьмой Амхандоты можно увидеть что Фёр иногда выступал и как положительный персонаж, который хочет восстановить естественный порядок вещей. Жрецами религии дунов могли быть только люди с рыжим цветом волос, считается что древние дуны увидели в этом знак того что они отмечены самим Дотином, чтобы править над людьми.

Когда дуны начали переселение через Белые горы, это было полной неожиданностью для железняков, которые в тот момент страдали от голода и многочисленных войн и эпидемий, которые пришли вместе с изменением климата. Для дунов, который покинули Ойэрийское плато, плодородные земли долины реки Миатхасс стали настоящим раем, в то время как гибнущая цивилизация железняков стала лишь незначительной помехой для них. Покоряя экру за экру, дунские племена постепенно двигались на запад по течению Нехвердэльфы и Миатхасса. Единственными, кто смог оказать сопротивление дунам стали живущие в Белых горах племена железняков. Отрезанные от остальных, они сформировали впоследствии народ манданцев, который станет единственным оставшимся народом-потомком железных людей. Правда, транские летописцы упоминают что за 100 лет до прихода ладаров в Хаммелецкой долине еще существовал некий небольшой народ, который говорил на «языке диких горных варваров». Дикими горными варварами тогда описывали обычно манданцев, что любили совершать набеги на многочисленные транские города, лежавшие в Нехвердэльфских предгорьях. Правда, в некоторых летописях под дикими горными варварами подразумевают дунский народ миндолов, который населял эти земли пока не был ассимилирован транами. Сейчас неизвестно, были ли хаммелецкие дикие горные варвары отдельным от манданцев народом, который сохранился во время переселения дунов, или же это была группа переселившихся манданцев, а может и вовсе миндольская община.

Переселение через Белые горы шло двумя путями — современные учёные называют их «северным» и «южным». Северный путь переселения проходил через главный хребет Белых гор, далее следуя между рек Айпоросс и Нехвердэльфа, где в этот момент наблюдался отток железняков на юг. Именно в междуречье Айпоросса и Нехвердэльфы появилось первое дунское государство — Итих, которое впоследствии распадётся из-за войн за престол, а впоследствии окончательно исчезнет под натиском транов. Южный же путь пролегал через второстепенный хребет Белых гор, далее идя через Хамелецкую долину и попадая в междуречье Нехвердэльфы и Миатхасса. Тогда же начали проявляться различия между северными итихцами и южными миндолами, которым пришлось вступить в ожесточенную схватку с железняками за местообитание. Конечно, впоследствии появятся и фейрцы, живущие на побережье Великого океана, и горолинцы, которые перейдут через Дифский пролив и вступят в противоборство с экрами, расположенными на Горолинах, но в дунской ветви языков так и останется деление на северную подветвь, в котрую войдет итихский язык, а также язык имоф, дунского народа, что заселил побережье Изотосского моря. В южную подветвь войдет миндольский, который впоследствии распадется на северо-миндольский и южно-миндольский, фейрский, а также горолинский — язык-предок для куносского, ковдигского и муаррского языков.

Руины дунского монастыря, разрушенного ладарами

Цивилизация железняков постепенно ассимилировалась все новыми и новыми дунскими племенами, которые постепенно приняли у железных людей такие важные элементы жизни как календарь (и железняки и дуны насчитывали в году по 12 месяцев), а также письменность, благодаря чему до нас дошли многочисленные памятники дунского нашествия — «Лебалдотонох» (Вековая книга, книга века) монаха Атодора.  Дунские вожди были необычайно жестокими — к железным людям они относились как к язычникам, а потому карали их за соблюдение прежних ритуалов. До сих пор археологи находят всё новые и новые захоронения казненных железняков, среди которых есть так и вполне себе боеспособные мужчины, так и женщины с детьми. Но в тоже время в дунских летописях есть информация о том что не все было так гладко - среди железных людей часто вспыхивали восстания и бунты, а многие экры уходили либо в горы, либо на великоморское побережье. Знаменитый дунский летописец-монах Атодор упоминал что в 66 году после прихода дунов, то есть в  1503 году до прихода ладаров, от устья до истока Миатхасса вспыхнуло «великое восстание», которое возглавил некий предводитель железняковской экры. Восстание поначалу было успешным — многие дунские храмы и монастыри (возникшая после переселения в долину реки Миатхасс форма религиозного поселения у дунов. Монахи жили в удаленных районах и пытались обратить местное население железняков в дунское язычество. Основным отличием монахов от жрецов было то, что монахи могли иметь любой цвет волос, а не рыжий) были сожжены и разграблены, дунские вожди были убиты, а в 68 году на Буге (стрелка Нехвердэльфы и Миатхасса) состоялась битва между восставшими железняками и объединённым войском миндолов и итихцев. Итихский вождь Охот Он-Ухшол на колеснице возглавил авангард, который первым вступил в битву. В Горолинском государственном историческом музее хранится покрытая золотом и инструрированная драгоценными камнями миниатюрная колесница, в которой находится Охот Он-Ухшол, который стал символом храбрости у всех дунов — когда авангард итихско-миндольской армии оказался отрезан от основных сил, он лично возглавил прорыв из окружения, и будучи раненым «тридцатью стрелами, что точно впились в его тело», вывел свой полк из окружения, после чего скончался. О битве свидетельствуют многочисленные песни, оставшиеся у дунов, а также у манданцев. В манданском фольклоре существует песня «Битва крови» в которой поется о «Бое, когда боги покинули нас, предоставив самим себе" и когда "Кровь льется ручьями, попадая в мать-реку». О необычайной кровавости битве можно судить, посетив само место битвы, которое расположено недалеко от городка Рычы.

Но все-таки восстание окончилось для железняков поражением. Итихско-миндольская армия догнала и разбила восставших, что пытались уйти к югу, в то время как другая часть восставших отправилась на восток - в горы, где часть смешалась с уже живущими там железняками, из-за чего у манданцев и появилась песня "Битва крови", а также произошли заимствования в языке. Так например манданский лингвист Путо Айпр считает что манданские слова «Rytu» — «Колесница» и «Tylopo» — «Сеть», появились только с приходом в Белые горы бежавших с запада восставших, так как до этого слово колесница (*Rollygo) было производным от двух слов - "*Rol" - колесо, и "*Lugo" - лошадь, в то время как на западе оно наоборот было производным от слово всадник (*Ryd), а сеть (*Tulofo) происходила от множественного числа слово верёвка (*Tulof), в то время как на западе это слово происходило от того же множественного числа слова верёвка (*Tylop). Другие же учёные с Айпром не согласны, и считают что эти слова попали в манданский язык еще до нашествия дунов.  В 92-м году от пришествия дунов (1477 год до прихода ладаров), согласно летописа Атодора (в других дунских летописях упоминаются также 91-й год(1478), а также 94-й (1475) год, но Атодору больше доверяют, так как он жил в 130-182 (1439-1387) года после нашествия дунов) миндольский и итихский вожди по случаю свадьбы дочери итихского вождя и сына миндольского отправились завоевывать "племена людей, что жили в горах", но потерпели поражение из-за внезапного схода ледника, в котором погибли оба вождя со своими армиями. И хотя Атодор отмечает что главы миндольских родов, а то и сам вождь отправлялись затем с походом в горы, почти все они терпели поражения. Итихцы же и вовсе оставили попытки покорить манданцев, хоть и полностью уничтожили племена железных людей вплоть до восточных отрогов Белых Гор.

Весь континент остался за дунами, единственным оставшимся местом обитания еще свободных железных людей стали уже упомянутые выше Белые Горы, побережье залива Глотка, а также Горолинские острова

Властвование дунов над долиной реки Миатхасс

Крест огня

Примерно к 200-му году от прихода дунов (1369-й год до прихода ладаров) начался распад племенных общедунских государств. До этого дунские государства чем-то напоминали железняковые экры, там главы избирались главами сильнейших дунских родов. Но после прихода дунов на благословенную землю долины Миатхасса, резко начали терять смысл разнообразнейшие объединения, а после разгрома железняков и фактического обращения их в рабство это привело к тому что племенные монархии Итиха и Миндола стали просто не нужны — тем более что все более и более уходящий на запад и на юг дуны начали постепенно все более и более разделяться так и в языковом плане, так и в культурном — например протофейрцы-протогоролинцы, которые займут великоморское побережье, позаимствуют традицию железняков поклоняться духам-хранителям очага, в то время как миндольцы и итихцы не заимствуют эту традицию. Но в то же время в монастырях, расположенных в землях, где обитают итихцы появятся изображения «Креста Огня», который был заимствован итихцами у проживавших здесь железняков. У других племен этот крест не наблюдается.

Распад племенных монархий привел к появлению государств, который формировались из родов. До сих пор у народов-потомков Дунов фамилии формируется от рода, в котором жил человек, например имя и фамилия муаррского железноведа Патера Он-Шол"До пишется на муарском так Poatar On-Shol"Do. Слово On в дунских языках значит «Из, Откуда-то», в то время как «Do" это сокращённое от "Doer" - «Изгнанник, Ушедший», в то время как «Shol» это скалистая местность на севере острова Муарр. То есть можно сказать что фамилия «On-Shol'Do» переводится как «Изгнанный из рода Шол». При этом стоит отметить что частица Do добавлялась в фамилию только в том случае, если человека выгоняли из его предыдущего рода, и принимали в другой, оставляя прошлую фамилию, но добавляя сокращенное «Doer».

В 230-му году от приходов дунов (1349-й год до прихода ладаров) один из безымянных монахов Дойрского монастыря написал очень ценный источник сведений по расселению дунов — «Lebbowydunol». Если дословно перевести название этого научного труда, то получится «Книга народов мира Дунов». Дунолом древние дуны звали Сущую, да и называют сейчас её так называют в куносском (Dunnol) и ковдигском языках (Dunol). В этом науном труде описывается все народы, которые жили рядом с дунами, так здесь впервые упоминаются имы. Имы были итихским родом, который жили от впадения Айпоросса в Миатхасс и до морского побережья. Постепенно имы переселились на север, за Миатхасс и Айпоросс, где хоть местность менее пригодна для сельского хозяйства, но при этом была свободная земля и пушнина. В освоении участвуют и монастыри - около почти всех городов Гасброна располагаются остатки дунских монастырей. Монах называет земли лежащие к северу от Айпоросса «Fïhadotïnohonol Ïtïh» — Страна Монастырей. Упоминаются также и «Aerod Roghoh» — Железные Королевства, экры железняков что продолжали существовать в те годы на Горолинских Островах. Между ними и фейрцами, что заняли великоморское побережье и итихцами, что заняли земли вблизи устья Миатхасса, сформировались торговые отношения — на Горолины шло зерно, рабы, пушнина, в то время как с них на континент поступало серебро, (слово Horrol на дунском языке значит серебро, впоследствии переселившиеся на остров траны заимствуют этот топоним и преобразуют его в «Görolin»), нефть и дерево. Чтобы укрепить свою власть и предотвратить унитожение своих государств дунами, многие главы горолинских экр принимали в качестве своей религии дунское язычество — в «Lebbowydunol» упоминается что "вожди их поклоняются богам Дотину и Фёру, в то время как остальные до сих пор превозносят старых дьявольских богов».

Но именно исповедование горолинскими вождями дунского язычества и привело к тому что в 249-ом году от прихода дунов (1330-й год до прихода ладаров) на севере острова Фёррага произошло восстание, возглавляемое железными жрецами. Оно быстро охватило почти весь остров и перекинулось на Муарр, после чего король Негго Рыжеволосый попросил помощи у союзников из-за Дифского Пролива. Дунские рода, жаждущие всё новых и новых земель, с радостью откликнулись на зов и 20-го марта 250-го (1329-й) года от прихода дунов на небольшой речушке неподалёку от дунского лагеря произошло сражение. Прибывшая дунская армия с лёгкостью разгромила восставших, хотя впоследствии это сражение обрастёт многочисленными легендами - огромное количество куносских, муаррских и ковдигских родов сочиняли себе истории о том как «Сам Фёр спустился и на своей белой лошади обрушил на язычников буран, после чего подхватил раненого Он-Айтобафа и принёс его в лагерь». После этой битвы огромная армия дунов, перешедших через пролив, осталась в Фёрраге. Рыжеволосый понимал что даже после поражения восстания его положение остаётся шатким, а потому он разрешил дунам основать города на берегу Дифа. На месте Мартовского сражения возник город «Aetoboaf» дословно это слово переводится как «Святой бой». Сегодня это столица Фёррагского Содружества город Адибаф. Другим крупным городом является «Dyfkaek» — «Дифский порт», современный Дивгайк. Дочь Негго, Азо была выдана замуж за предводителя дунского воинства Охота Он-Айтобафа. Об этой свадьбе сложена другая «родовая история», рода Он-Хонхабнан. Дескать, во время свадьбы один из приглашенных железных королей решил убить Азо за предательство, но Он-Хонхабнан защитил молодожёнов, после чего получил во владение земли в устье реки Блары и город Дифкайек, а также сотню рабов из захваченных несколькими месяцами раннее восставших.

Такими себе представляют дунских воинов некоторые современные авторы

С завоеванием земель на побережье залива Глотки все обходилось иначе. Осевшие там железняки были жестокими воителями, которые регулярно совершали набеги на фейрцев и миндольцев, доходя до слияния Коброна и Миатхасса. В отличии от железняков, что населяли Железные Королевства, они были жесткими поборниками железного язычества, из-за чего в ответных походах регулярно принимали участие монахи, что описывали разнообразнейшие сражения. Так согласно путевым записям монаха Вадива, которые датируются 271-м годом (1308), дунские воители при разорениях железнолюдских селений не уводили людей в рабство, как это было обычно, а жестоко убивали. Железняки отвечали соразмерно, а то и жестче - мужчин они обычно убивали, в то время как женщин уводили в свои селения для продажи прибывавшим из Курума торговцам. Но когда на Курум в 1297-ом году (282) обрушились южные кочевники, то дунских мужчин тоже стали отправлять туда в качестве рабов, чтобы курумцы могли отбиться. Но дунский род Он-Ойха добровольно переселился в Курум, где продолжал жить в Курумских горах до 385-го года после прихода дунов (1194), охраняя покой границ Курумского царства. От Он-Ойхов в новокурумском языке остались такие слова как «Tafch» — щит, произошедшее от фейрского «Daef», «Kofchmar» — горная крепость, произошедшее от фейрского «Cafrar» и «Ach» — олень, произошедшее от фейрского «Oeh»

В 1206-м году до прихода ладаров (373) появился один из главнейших памятников дунской культуры. Один из монахов, который прислуживал вождю Жораху Он-Фахмиатху, правившему своим и еще несколькими кланами, с которых он взымал дань ввиде рабов и скота, в холмах Миатхасской луки, написал «Lebjøfol» — «Книгу Законов». Эта первый предмет так называемого «Дунского права». Основное место в «Lebjøfol» занимали законы, связанные с тем, как один клан мог взять в аренду землю, рабов или скот у другого клана. Так монах упоминает что одного раба можно обменять на двух свиней, двух рабов — на четырёх свиней, трёх — на восьмерых свиней. Но в тоже время отмечено что можно было взять в аренду землю, согласившись отдавать примерно половину всего выращенного на ней. Именно тогда началось повальное расслоение кланов, были случаи когда какой-либо клан вообще переставал заниматься земледелием, полностью переходя на различные ремесла. К этому периоду относится рост первых больших дунских городов — первый из них, город Tafoaor, возник на слиянии Айпоросса и Миатхасса, сегодня это современный городок Типириц-Айпоросский. Но возникший механизм арендной работы привел также к появлению такого понятия как «Dunfag» — дунов-рабов. Если до этого рабами были в основном железняки, то теперь из-за их постепенной ассимиляции и вымирания арендодаторы решили обращать в повинность тех арендующих, что не могли отдать долг за пользование землей, и вынуждены были отрабатывать его. Быстро этот механизм распространился по всем землям, где жили дуны: исключением были земли где проживали имы — там сельское хозяйство не было главным занятием, земли где проживали горолинцы — там все еще хватало рабов железняков. Также стоит отметить что именно в этот период возникает огромное количество изгнанников - кланы неспособные платить по долгам изгоняли должника, чтобы тот нашел себе новый клан. Примерно в 1130-м году до прихода ладаров произошло одно из последних крупных восстаний железняков на континенте - то было восстание Сапра, некоего раба-железняка, который работал кузнецом у богатого дунского вождя. Сапр поднял восстание после того как его жену избили за то что она пела маленькому сыну Сапра колыбельную на железном языке, от чего тот взял и кузнечным молотом убил надсмотрщика.

Об этом восстании сохранилось много информации, потому что оно стало освободительным не только для железняков — многие дунские рабы также пошли за ним. Восстание быстро распространилось по всему Среднемиатхасскому нагорью, а Сапр вместе со своими войсками успешно разграбил Тафайр. Считается, что в разграблении Тафайра Сапру помогли кланы, что арендовали у Он-Тафайров земли. Сапр вошел в Тафайр как победитель, но вскоре с севера вместе с имским войском вернулся старый владелец городом, который изгнал восставших рабов и начал за ними гнаться на восток. Вскоре он из-за непонятной причины умер, а город заняли имы, которые повторно разграбив его вернулись обратно на северный берег Айпоросса. Предводитель восстания, которое все росло в силе, надеялся вывести восставших к Белым Горам, а затем перейти их или же осесть у манданов. Но итихские кланы, живущие в предгорьях возмутились этим и потому в 1128-м году около деревни Тфейх состоялось сражение, в котором кланы предгорий благодаря кавалерии разбили восставших. Сапр в этом сражении выжил, но конники ворвавшиеся в лагерь рабов убили его жену и детей. Вместе с остатками своего войска он двинулся на юг, к Нехвердэльфе, попутно громя различные дунские кланы. Но зимой 1127-го до Нехвердэльфы он не дошел, остановившись и разграбив один из монастырей. Весной 1127-го года он двинулся в сторону Нехверлэльфы. При попытке перейти её он упал в ледяную воду, от болезни, вызванной этим, он впоследствии скончался. Но восстание рабов и не думало прекращаться - на помощь восставшим уже двигались войска манданских экр, которые вступив в конфронтацию с местными дунскими кланами успешно вели войну вплоть до 1114-го года, когда пришедшие на помощь с запада миндольские войска не одолели их в одной из битв. Война не остановилась, а лишь переросла в новую стадию — лишь в 1098-м году после поражения последнего отряда, шаставшего по Хаммелецкой долине. Рабству на востоке был нанесен серьезный урон.

А в 1057-м году дунский мир узнал о новой угрозе с востока — о транах.

Транско-дунское сосуществование

Траны были народом, который был родственен дунам и проживал на Гранской равнине, что находилась к юге от Ойэйэрийского плато. Мы точно не знаем, когда траны пришли на Гранскую равнину, возможно эти земли были их родиной, но некоторые учёные предполагают что родина транов находилась на Приморской возвышенности, к северу от Гранской равнины.